В начале XX в. в условиях обострения социальной ситуации, попыток перехода к конституционализму, нового подъема религиозно-нравственных исканий правовая и политическая мысль в России получила новое продолжение. Значительный вклад в ее развитие внесли С.А. Котлярев-ский, Н.Н. Алексеев, Г.Ф. Шершеневич, П.И. Новгородцев, Е.Н. Трубецкой, Б.А. Кистяковский и др.
В работе "Власть и право. Проблема правового государства" Сергей Александрович Котляревский (1873-1940) писал о правовом государстве как о факте общеизвестном:
...идея правового государства вошла в обиход современных цивилизованных государств,... Правовое государство стало одним из политических заданий. Много раз отмечался кризис правосознания, ... Наличность переживаемых здесь разочарований не отнимет у данных стремлений настойчивости и выразительности: убеждение, что государство должно принять облик правового государства, остается непоколебленным.
Проблема власти была представлена Котляревским многосторонне. Помимо сравнительно-исторического освещения функциональных и революционных аспектов реализации идей господства права автор уделил немало внимания процессуальным (ритуальным) аспектам властвования и подчинения. Юристы и социологи, по мнению ученого, не всегда отдавали себе отчет в том, насколько явления властвования сохраняют в себе элемент загадочности, несмотря на их ежедневный и даже ежечасный характер проявления. Главное назначение правового государства - быть государством справедливости; ценность его определяется ценностью самого правового начала и при том предположении, что закон в таком государстве всегда справедлив и что способ его создания есть в то же самое время - при недостатках человеческой природы - обеспечение этой возможной справедливости.
К основным атрибутам правового государства русские мыслители относили недопустимость изменения правопорядка в государстве без участия народного представительства, верховенство права (а не закона).
Не закон дает силу права, а право дает силу закона, и законодатель должен не создавать, а находить право, выработанное в сознании общества, а основным органом, обеспечивающим реальную обоюдную ответственность государства и личности, должен быть - конституционный суд, - писал Николаи Николаевич Алексеев (1879-1964), философ, историк и теоретик права.
В 1918 г. была издана книга Алексеева "Введение в изучение права", в которой он помимо разработки вопросов теории права, пытался проанализировать истоки и сущность российской революции, подчеркивал анархистский характер социально-политической идеологии в России, предубежденность против права.
Мы велики размахом, но бедны мыслью. Мы не сумели осмыслить наш размах, не сумели осветить его новым общественным сознанием и новой идеологией. Безграничный общественный простор, боязнь всяких принудительных и правовых форм характеризует наше сознание в отличие от западного.
Отдельно стоит вопрос "о праве на достойное существование". Большинством исследователей оно связывалось с обеспечением общей защиты интересов трудящихся при помощи права и признавалось требованием социалистическим. Историк римского права И.А. Покровский считал, что под "правом на существование" следует подразумевать заботу в области общественного призрения. У государства есть обязанность спасать от голодной смерти, но "права быть спасенным от голодной смерти лицо не имеет". Право на существование - это не обеспечение необходимых условий существования. Это минимум того, "что государство должно обеспечить человеку, - это узкое, но более прочное в юридическом смысле понимание проблемы".
Оригинальный вариант концепции власти и правового государства был представлен Габриэлем Феликсовичем Шершеневичем (1863- 1912), автором "Учебника русского гражданского права" и "Общяя теория права".
Государство представляет собой источник права как властного веления. Власть связана с волей, с умением "заставить других сообразовывать свое поведение с волею властвующих, вводить свою волю одним из существенных мотивов, определяющих поведение другого". В основе власти лежит эмоциональный и мыслительный настрой повинующихся. Шершеневич называет его "эгоистическим чувством", которое "составлено у него из страха и веры в то, что послушание может принести известные выгоды".
С позиций социологии все власти опираются на государственную власть с ее изначальным (исторически и логически) авторитетом, из нее же они черпают свои силы, тогда как государственная власть опирается непосредственно на общественные силы. С юридической точки зрения, государство есть правовое отношение, есть объект или субъект права, но это уже, по Шершеневичу, неправильные, искаженные представления о власти. С методологической точки зрения, подчеркивает он, юридическое определение не только не способно объяснить реального существа того, что мы называем государством, но оно кроет в себе опасность затемнить пред нами истинную сущность явлений, происходящих в государстве. Понятие о государстве только одно - социологическое.
Социологическое понятие о государстве исходит из того, что трудно "построить понятие о государстве как силе, государстве как юридическом отношении, но возможно это сделать только с учетом и лишь на основе представления о нем как комбинации силы и воли". Государственная власть предстает в этом случае как "основанная на самостоятельной силе воля одних (властвующих) подчинять себе волю других (подвластных)".
Основные пути формирования правового государства: строгое определение полномочий органам власти, устранение произвола государственной власти (установить нормы объективного права, определить пределы свободы каждого и отграничить одни интересы от других), государство должно быть ограничено охраною субъективных прав. Главные атрибуты такого государства: разделение властей, подчиненность государства стоящему над ним праву, наличие неотъемлемых прав личности, правовое самоограничение власти. Основной гарантией выступает "сдерживающая сила общественного мнения".
К проблемам правового государства обращались и другие исследователи. Заметный вклад внес также В. М. Гессен: к известным признакам (права и свободы граждан, разделение властей, связанность правительственных и судебных решений правом и т. д.) он добавил необходимость представительной формы правления и наличие учреждений административной юстиции.
В трудах религиозного философа, правоведа, с общественного деятеля Евгения Николаевича Трубецкого (1863-1920) наблюдается возрождение основанных на религиозно-философской почве идей естественного права.
В основе его концепции лежит учение о праве. Так как государство - это правовой союз, включающий в себя власть, население и территорию, то оно обусловлено правом. Право не является "низшей ступенью" нравственности (возражение Соловьеву), оно "есть внешняя свобода, предоставленная и ограниченная нормой", т. е. "организованное принуждение". Такое определение страдает недостатком. Так как всякое государство или власть сами обусловлены правом, то они не принимают в расчет те разновидности права, которые существуют независимо от признания или непризнания их тем или иным государством, - таково право церковное, право международное или некоторые юридические обычаи, предшествующие возникновению государства.
Схожие несовершенства имеют, согласно Трубецкому, теории права как "силы" и права как "интереса". Особого внимания заслуживают теории права как части нравственности (как минимум добра). Однако и они смешивают право, как оно есть в действительности, с той нравственной целью, которую оно должно обеспечивать. А между тем есть множество правовых норм, которые не только не представляют собою минимума нравственности, но даже в высшей степени безнравственны (нормы крепостного права, нормы, устанавливающие пытки, стесняющие религиозную свободу, и др.). Нормы нравственные и правовые не исключают друг друга: поскольку внешнее поведение обусловлено внутренним настроением, последнее далеко не безразлично для права.
Трубецкой различает право позитивное и право естественное. Однако он не был сторонником признания вечных и неизменных истин и норм - основы классической теории естественного права. Наоборот, естественное право "не заключает в себе никаких раз и навсегда данных, неизменных юридических норм", не является кодексом "вечных заповедей", но "совокупность нравственных и правовых требований для разных эпох и народов". Оно меняется вместе с изменением общества.
Впоследствии такой подход получил название естественного права с изменяющимся содержанием. В его обосновании больше логики, чем в классических теориях естественного права прошлых веков. Однако их практически-политическая значимость схожи. Она проявляется в том, что концепция естественного права и вкладываемое ею содержание в основные права личности составляют критерий, которым определяется справедливость и обоснованность законодательной деятельности государства и действующего позитивного права. Именно в этой связи Трубецкой писал:
отрицая естественное право, мы лишаемся должного мерила для оценки права существующего и признанного официально государством. Естественное право заставляет нас критически относиться к устаревшим и (или) не соответствующим эпохе нормам.
Такой подход является безусловно не только новаторским, но и прогрессивным. Главное здесь - мысль о гармонизации позитивного права с естественным правом, причем естественное право "звучит как призыв к усовершенствованию", играет роль движущего начала в истории. Идея естественного права, по толкованию Трубецкого, "дает человеку силу подняться над его исторической средой и спасает его от рабского преклонения перед существующим"
Историк, правовед, социолог, общественный деятель Павел Иванович Новгородцев (1866- 1924) - один из основателей теории возрожденного права. В 1902 г. он успешно защитил диссертацию на степень доктора государственного права ("Кант и Гегель в их учениях о праве и государстве"). С 1920 г. в эмиграции. Он полагал, что хотя содержание естественных прав носит исторический характер и меняется от эпохи к эпохе, но сам факт его наличия бесспорен. Ученый полагал, что категорический императив Канта неполно отражает моральную сущность проблемы, он односторонен в силу своей абстрактности. Человек всегда существует в определенных социальных и исторически обусловленных обстоятельствах. Он зависит от них. Значит, и высшая нравственная форма (категорический императив), и правовое его выражение исторически обусловлены.
В основе учения Новгородцева о правовом государстве - идеи автономной нравственной личности, свободе и достоинстве человека, обладающего ответственностью и стремящегося к активной деятельности: "Не вера в земной рай, который оказывается по существу недостижимым, а вера в человеческое достоинство и нравственное долженствование" - основа права. Говоря о ценностях правового государства, он отмечает, что если изначально правовое государство имело задачу простую и ясную - когда равенство и свободы представлялись основами справедливой жизни,... и осуществить их было нетрудно, то сейчас государство призывается наполнить эти начала положительным содержанием.
Трудность ее состоит в том, что государство возлагает на себя "благородную миссию общественного служения, встречается с необходимостью реформ, которые лишь частично осуществимы немедленно", и что, вообще говоря, они "необозримы в своем дальнейшем развитии и осложнении".
Новгородцев разработал учение об антшомичности интересов личности и государства. Оно основывалось на утверждении о том, что принципиально не может быть абсолютно гармоничного слияния интересов индивида и общества в целом. Общество по своей природе конфликтно. В ее основе - многообразие обязанностей личности и на этой почве возникают столкновения человека и общества. Одни из них разрешаются примирением, другие не могут решаться компромиссно. Однако разрешение одних конфликтов порождает новые, поскольку личность неизбежно стремится выделиться из общества, критически оценивает достигнутое. Максимум возможного - их разумное сочетание в соответствии с принципами естественного права и требованиями категорического императива, а это достигается именно в правовом государстве. Политическая власть - главный регулятор общественной жизни, она утверждает начала законности, равенства и свободы. Без нее "общество распадается на составные элементы".
Центральная власть в обществе "олицетворяется государством, связанным с властвованием дисциплиной и уздой внешнего закона". В основе последнего не только классовые противоречия, но и различия, обусловленные естественным разнообразием индивидуальных характеров, положений и стремлений. Наряду с обеспечением классовых интересов государственная власть обладает частичной независимостью и может принимать решения, не отвечающие интересам господствующего класса. Все это обеспечивает государству возможность примиряющего регулирования между классами, слоями и группами.
Анализируя марксизм, Новгородцев делал акцент на его научной и практической несостоятельности. Подлинный социализм Маркса, по Новгородцеву, эта гремучая смесь абсолютного коллективизма, рационалистического утопизма и экономического материализма. Он отмечал несовместимость идей марксистского социализма с реальным функционированием общества.
Новгородцев был признанным главой школы возрожденного естественного права. Он входил в руководство кадетской партии, избирался депутатом Государственной думы, в эмиграции создал в Праге Русский юридический факультет.
Видным теоретиком правового государства в эти годы был Богдан Александрович Кистяковский (1868-1920), автор книг "Право как социальное явление", "Сущность государственной власти" и "Социальные науки и право". Его отец, профессор права А. Ф. Кистяковскии, был одним из руководителей украинского национального движения. В молодые годы Б. А. Кистяковскии сблизился с марксистами, участвовал в студенческих волнениях, не раз приговаривался к тюремному заключению. Ему принадлежит инициатива теоретической постановки вопроса о правовом социалистическом государстве. Методологической основой его исследований является комплексное применение собственно юридического метода с идеями психологической и социологической школ. Говоря о социальной природе права, Кистяковскии писал:
Чаше всего социальную природу права видят в том, что оно может существовать только в обществе и что общественная жизнь обусловливает все правовые явления. Это, несомненно, верно, не не характерно для права. Ведь вся наша культура во всех ее проявлениях тесно связана с с общественной жизнью. Даже язык не мог бы существовать без общества ... также точно без общества не могли бы существовать ни литература, ни наука, ни искусство. Однако для всякого языка ясно, что право есть социальное явление в другом смысле, чем все эти проявления культуры; оно как бы более социально, чем все они.
Поскольку право носит социальный характер, то его сущность состоит не во внутренней ценности, а в том, что его нормы постоянно и регулярно осуществляются в жизни. Право - не долженствование, а исторический, социальный факт.
Анализ права с позиций социологии требует обращения к его практической реализации и исходя из этого следует рассматривать право в его воплощении в правовых отношениях. А поскольку все жизненные ситуации невозможно описать, то юрист прежде всего должен знать законы и уметь обращаться с ними. Однако идеальное состояние для юриста - практика в другом - в умении соединить "правовую жизнь" со знаниями законов. В этом одна из гарантий справедливости, которая в сфере реализации права означает беспристрастность судьи, обоснованность выводов фактическими обстоятельствами дела, равенство перед законом, соразмерность наказания преступлению, соответствие между целями законодателя и средствами, избираемыми для их достижения.
Все это можно реализовать в правовом государстве, в том числе и государстве социальной справедливости (социалистическом). В таком государстве власть строго подзаконна, в нем существует народное представительство, которое выражает верховенство народа, и достигается "полное единение государственной власти с народом". Здесь каждый, в лице своих представителей, должен участвовать в выработке законов, контроле за правительством. Но при этом каждый гражданин и народ как суверен ответственны за соблюдение правового порядка.
В сборнике "Вехи" (сборник статей о русской интеллигенции), опубликованном в 1909 г., Кистяковский упрекал русскую революционную интеллигенцию в правовом нигилизме, за ее пренебрежение правом и за неразвитость ее правопонимания, обвинял ее в "отщепенстве" от государства. Он видел причины слаборазвитости правосознания российской интеллигенции в бедности окружающей правовой жизни, в слишком большой дани увлечению метафизическими решениями политических и моральных проблем.
Сущность права Кистяковский определял с философских позиций как совокупность норм, устанавливающих свободу лиц, С точки зрения социологии это совокупность норм, создающих компромисс между различными требованиями, так как всякий новоиздающийся "закон в современном конституционном государстве становится компромиссным документом, вырабатываемым различными партиями, которые выражают требования определенных социальных групп". Более того, современное государство само основано на компромиссе, и конституция каждого отдельного государства есть компромисс, примиряющий стремления наиболее влиятельных групп в данном государстве.
В начале XX в. в психологии начали складываться крупные школы: рефлексология, бихевиоризм, фрейдизм и др. С появлением психологических проблем возникает психологическая теория права. Оригинальную психологическую теорию права выдвинул профессор Петербургского университета Лев Иосифович Петражицкий (1867-1931) в книге "Теория права и государства в связи с теорией нравственности" (1907).
Петражицкий утверждает, что право находится не в социальной сфере, а в психике человека, в его голове. Такой подход позволит поставить правовую науку на почву достоверных знаний, полученных путем самонаблюдения (интроспекция) либо наблюдения за поступками людей. Источником права выступают эмоции. Он назвал эту теорию "эмоциональной".
Эмоции служат главным побудительным элементом психики. Именно они заставляют людей совершать поступки. Петражицкий различает два вида эмоций: моральные и правовые. Моральные связаны с осознанием человеком обязанностей долга. Нормы морали - это внутренние императивы. Он приводил пример с милостыней, мол у нас не возникает представлений, что нищий вправе требовать. В правовых эмоциях чувство долга сопровождается представлением о правомочиях других лиц, "наше право есть не что иное, как долг другого лица". Возникающие правовые нормы носят атрибутивно (представительно)-императивный (обязывающий) характер.
Теория Петражицкого безгранично расширяла понятие права. Он относил к нему правила игр, вежливости, этикета. При этом правовые нормы создаются не путем согласования эмоций участников отношений, а каждым человеком в отдельности, "переживания, которые имеются в психике лишь одного человека и не встречают признания со стороны других, не перестают быть правом". На этом основании он допускал существование правовых отношений не только с живой природой, неодушевленными предметами, но и нереальными - богом, дьяволом. Это была первая попытка найти универсальную формулу права, которая охватывала бы все типы правопонимания, включая договоры с богом, дьяволом, в правовых системах прошлого.
Многочисленные правовые нормы неизбежно вступают в противоречия. На ранних этапах они разрешались методом самоуправства. Затем правовая защита и репрессии упорядочиваются: возникают обычаи и законы, появляются институты общественной власти (суд, палач...). И, наконец, государство монополизирует функции принуждения, государственная власть способствует "определенности права". Но обычаи и законодательство не вытесняют индивидуальные правовые переживания. В современных государствах существует множество систем интуитивного права: право зажиточных слоев, мещанское право, крестьянское право, рабочее право, право организованной преступности. Эти положения приближаются к идеям правового плюрализма.
Соотношение интуитивного и официального права зависит от культуры, состояния психики народа. Россия - по преимуществу царство интуитивного права: народы на разных ступенях развития, множество национальностей и религиозных систем, законодательство запущено и подменяется интуитивными убеждениями. Но возведение интуитивного права в качестве критерия оценки положительных законов недопустимо (в том числе наиболее образованных слоев).
В связи с тем, что Россия нуждается в реформах, которые следует проводить на научной основе, Петражицкий выдвигает проект создания политики права как особой научной дисциплины, наряду с теорией политики (позитивная наука, без идеализма и метафизики), составляющей суть философии права. Задача политики права как прикладной дисциплины - соединить позитивные знания о праве с общественным идеалом, то есть решить проблемы, составляющие содержание прежних естественно-правовых учений.
Определяющее положение в правовой политике государства должны занимать механизмы воспитательного и мотивационного воздействия на поведение людей. Только так можно направить развитие психики к общему благу.
Общественно-политический идеал Петражицкого - этический социализм, замена деспотического режима системой государственного и общинного самоуправления. В будущем право будет заменено моралью, "вообще право - результат невоспитанности".
Учение Петражицкого пользовалось большой популярностью среди кадетов. Сближению психологической концепции с марксизмом способствовал советский правовед М.А. Рейснер. Восприятие учения о воспитательной роли права облегчалось и тем, что в Конституции РСФСР 1918 г. социализм определялся как безгосударственный строй. Его доктрина стимулировала исследования в области юридической психологии.
| < Предыдущая | Следующая > |
|---|